чего только не было в ее жизни...
Секс с Антоном Павловичем Чеховым
Б. - Добрый вечер дорогие друзья. В эфире программа «Секс с Антоном Чеховым». Чего только не было в моей жизни: «Толстый и тонкий», «Дядя Ваня», «Три сестры», «Каштанка», «Вишневый сад»… Но собственно речь сегодня не обо мне, а речь о сексе в русской литературе и в гостях у меня гиперсексуал современности граф Лев Николаевич Толстой. Здравствуйте.
Х. – Здравствуйте. Мда… (Пожимают руки).
Б. – Ой, что-то у вас руки влажные!?
Х. – Ну да… Ну значит как дела – у меня с сексом все в порядке. Вот значит… Ну сразу по теме начну, да? На самом деле я не Толстой. На самом деле моя фамилия Иванов.
Б. – Иванов?
Х. – Да. Лев Николаевич Иванов. Вот. А Толстой – Ну это сами понимаете почему…
Б. – Девушки назвали?
Х. – Да девушки конечно – «Какой у него толстОй!».
Б. - Да, да, да я понимаю.
Х. - На самом деле не только у меня так – вообще у всех ребят с которыми мы что либо делаем у них у всех именно поэтому такие фамилии, понимаете?
Б. – Все представители «Золотого века русской поэзии»?
Х. – Конечно. Вот например Гоголь - что вы думаете Гоголь? Нет! ОГОГОГОЛЬ!
Б. – То есть если у вас Толстой то у Гоголя…
Х. – У Гоголя Огогоголь, еще какой! Некрасов понятно, да? Ну там вообще неначто смотреть просто. А…какая-то. Ну понятно? Некрасов и все…
Б. – Некрасиво.
Х. – Эта сладкая парочка – эти… этот Державин. Вот этот Державин и Достоевский.
Один достает другой держит все время… По карете едет туда-сюда… Потом что у нас?
Пришвин.
Б.- А Пришвин то что?
Х. – Пришвин сначала вообще девочкой был. Это женщина в принципе. Потом «пришвин» и вот пожалуйста – вот вам мальчик. Стал сразу выдавать себя за Пришвина.
Потом кто у нас…Кюхельбекер.
Б. – Кюхельбекер.
Х. – Ну немец, да. Вообще его называли загогулина, но потом уже Кухельбекер… Ну как еще можно от такой Кухельбекер, такой как винт. Такой уоп заворачивается. Потом кто у нас еще есть…
Б. – А Тургенев?
Х. – А да Тургенев не Тургенев мальчик мой. Это у него туристическое агенство «Тур Геев». По Волге. «Первый тур геев». «Второй тур геев». По золотому кольцу там они ездят… Ну веселятся нормально там с Кюхельбекером, с ребятами всеми там Державин , Пришвин ну все… Вот. Все… Кто у нас еще остался там?
Б. – А Фет?
Х. – Фет! Фет это вообще – казалось бы Фет – коротко, лаконично – Фет, ан нет – Афанасий Афанасиевич. Вот. Ну что у нас еще – Горький – Это точно, сам пробовал…
Б. - <Отодвигается на стуле> А. Лев Николаевич а вот у вас в вашей активной половой сексуальной жизни были какие-нибудь задержки, какие-нибудь воздержания…
Х. – Еще какие! 4 года. «Война и мир». Три тома.
Б. – Почему? Там по моему два?
Х. – Антон Палыч вы считать умеете – война <загибает палец>, и <загибает палец>, мир<загибает палец>.
Б. – А понятно. «И» - там видимо про…
Х. - Ну там про Пришвина, про Державина, там про всех уже… Кюхельбекер…
Б. – Специальная брошурочка
Х. – Да! «И»! Вот так!
Б. – Ну что ж – в гостях у меня был самый главный «сексопат». Ничего что я вас так назвал?
Х. – Можно даже «граф сексопат».
Б. – Хорошо – Граф «Сексопат» Толстой. Спасибо.
